Снова воины-марионетки Джей

Грохот шагающих крепостей и скрежет ожившего металла наполняют мир, где граница между человеком и боевой куклой давно стерлась. Юный наследник древнего клана кукловодов просыпается в лаборатории, не помня ничего о своем прошлом, но его руки инстинктивно тянутся к спутанным нитям управления, а в крови словно закодированы вековые схемы сражений. Он еще не знает, что является ключом к пробуждению легендарных Воинов-Марионеток — гигантских механических големов, спрятанных глубоко под землей после катастрофической войны, едва не уничтожившей цивилизацию. Вместе с горсткой союзников, среди которых девочка-киборг с раздвоенной личностью и одержимый местью мастер клинка, герой втягивается в безумную гонку за утерянными артефактами. На кону судьба раздробленных королевств, ведь тени прошлого вновь сгущаются: некто методично собирает фрагменты запретного механизма, способного подчинить волю всех живых существ и обратить планету в безмолвный, идеально отлаженный театр марионеток.

Джей — так называет парня таинственный голос, звучащий в его голове, — с каждым боем открывает в себе пугающую способность сливаться сознанием с боевыми машинами, чувствуя боль рвущихся тросов как свою собственную. Истинная суть противостояния выходит далеко за рамки битвы добра со злом: это философская дуэль между хаосом свободной воли и холодным порядком абсолютного контроля, где лидеры враждующих сторон действуют извращенно-благими намерениями. Ставки поднимаются до небес, когда Джей узнает, что его тело — лишь временное пристанище, а душа была перенесена из разрушенного в финале прошлой войны прототипа, и теперь он сам балансирует на грани, рискуя навсегда остаться запертым в деревянном корпусе куклы. Финал разворачивается среди рушащихся небесных бастионов, где старые чертежи обретают плоть, а друзьям Джея приходится делать немыслимый выбор: перерезать нити, дарующие жизнь их механическим братьям, чтобы спасти человечество. Лязг шестеренок, безмолвные слезы фарфоровых лиц и пронзительная тишина после последнего удара — эта история оставляет после себя горьковатое послевкусие, заставляя усомниться в том, что нами движет на самом деле.