Эльф не может сидеть на диете

Эльфийка Лилиана, потомственная целительница из Серебряного Леса, попала в мир людей не по своей воле. Магический портал захлопнулся за её спиной, и теперь она застряла в Токио, где вместо маны в воздухе витают запахи рамена, жареного цыплёнка и свежеиспечённых пирожных. В родном лесу она питалась ягодами и родниковой водой, поддерживая идеальную для эльфа форму. Но здесь, в мире людей, её подвело собственное тело. Оно, привыкшее к столетиям умеренности, вдруг взбунтовалось и потребовало картошки фри. Лилиана, которая раньше брезгливо морщилась при виде человеческой еды, теперь тайком сбегает из магической академии, куда её пристроили, чтобы урвать бургер. Проблема в том, что эльфийский метаболизм, настроенный на скудный рацион, мгновенно превращает каждый лишний кусочек в округлости. Её уши предательски краснеют, когда она пытается влезть в старую мантию, а весы в общежитии начинают трещать под её стройными, но уже не такими лёгкими ногами.

Лилиана решает взять себя в руки и садится на диету. Но это оказывается сложнее, чем победить дракона. Каждый раз, когда она проходит мимо кондитерской, её магический дар, чувствительный к эмоциям, начинает улавливать волны счастья от посетителей. Она слышит, как шоколадный мусс буквально поёт ей о своей нежности. А её соседка по комнате, жизнерадостная японская студентка Миюки, обожает готовить и считает, что худоба — это болезнь. Миюки подкладывает Лилиане онигири с лососем, пока та медитирует, и варит сладкое карри, аромат которого пробивает любую магическую защиту. Эльфийка мечется между желанием сохранить аристократическую эльфийскую осанку и новой, пугающей страстью к человеческой кухне. Она пытается использовать заклинания для ускорения метаболизма, но они дают побочный эффект в виде неконтролируемого аппетита. В итоге Лилиана понимает, что её настоящая битва — не с лишними килограммами, а с собственной гордостью и предрассудками. Ей предстоит принять, что быть немного упитанной и счастливой в мире людей — это не конец света, а может быть, даже начало новой, более вкусной жизни.